garnaev (garnaev) wrote,
garnaev
garnaev

Categories:

ОКОНЧАТЕЛЬНО СЛОЖИЛСЯ ПАЗЛ: финальная глава книги 📚

ЛИТЕРАТУРНЫЕ АВИА-ПАТРИАРХИ
Бывает же такое… Бежал на лыжах по лесу, и вдруг (?!) в голове возникли мысли о тех книгах, которые в разные времена мной были прочитаны и оказали на меня потрясающее влияние (по многу-многу лет затем вспоминал, перечитывал… и пост-фактум – несомненно под их воздействием формировал, корректировал свои планы / взгляды / судьбу)!
Что интересно:
- книги эти попадали мне в руки самыми разными путями (от авторских экземпляров с собственноручными подписями на родительских полках и до совершенно случайных);
- ни одной из данных книг не бывало ни в школьной программе, ни в каком-либо ином «Списке рекомендованной литературы», ни в каком из многочисленно пройденных учебных заведений самого разного уровня;
- начало чтения по данному списку – в дошкольном возрасте, крайний экземпляр – в возрасте за 40, когда уж и у самого была куча разных Высших Регалий, а-а ... процесс становления собственной Личности всё никак не «доходил до завершения».
Итак (примерно – в порядке прочтения):
* Анатолий Маркуша «Вам взлёт»;
* Ассен Джорданов «Ваши крылья»;
* Марк Галлай «Через невидимые барьеры»;
* Марк Галлай «Испытано в небе»;
* Андрей Меркулов «В путь за косым дождём»;
* Геннадий Семенихин «Лётчики»;
* Василий Ардаматский «Звёзды в полдень»;
* Анатолий Сульянов «Расколотое небо»;
* Александр Демченко «Поднебесный гром»;
* Даниил Гранин «Иду на грозу»;
* Юрий Бондарев «Берег»;
* Уильям Бриджмен «Один в бескрайнем небе»;
* Пауэлл Г. П. «Испытательный полёт»;
* Эверест Ф. К. «Человек, который летал быстрее всех»;
* Юрий Гарнаев «Проверено на себе»;
* Анатолий Маркуша «Нет»;
* Антуан де Сент-Экзюпери «Земля людей»;
* Антуан де Сент-Экзюпери «Ночной полёт»;
* Антуан де Сент-Экзюпери «Цитадель»;
* Владимир Пономаренко «Авиация. Человек. Дух.»;
* Стюарт Х. Б. «Вспоминая будущее»;
* Андрей Паршев «Почему Россия не Америка»;
* Леонид Шебаршин «Рука Москвы»…
Резонно бы услышать встречные вопросы:
- а как насчёт книг Михаила Громова, Игоря Шелеста и др…?
- а что – после возраста 40 уже больше книг не читал что ли?
У меня нет ни малейших сомнений в том, что книги и Игоря Ивановича Шелеста, и Михаила Михайловича Громова (равно как и сама его Личность) на 100% соответствуют моим понятиям «судьбополагающих»! Это – классика методического подхода к лётно-испытательной работе, в понимании этого их не превзошёл никто… разве что несколько Шеф-испытателей смогли выйти на этот уровень и развить его на своих авиастроительных предприятиях (первые, кто приходят на ум: наши любимые микояновцы «дядя Гриша» – Григорий Александрович Седов и Александр Васильевич Федотов). Кстати, именно благодаря личной поддержке М.М.Громова мой отец после «отсидок» в лагерях и повторных «чисток» смог-таки вернуться на лётную работу. И я горжусь тем, что ещё вживую, будучи школьником немного пообщался с этим Великим Человеком…
Но в вышеприведенный субъективный перечень эти книги не вошли лишь по очень банальной причине – я их прочитал уже после того, как завершилось моё личностное формирование. Как там у мудрецов – три стадии развития Личности? 1) когда удивляешься происходящему; 2) когда, наблюдая происходящее, прогнозируешь будущее; 3) когда сам начинаешь влиять – и на происходящее, и на будущее… По крайней мере первый из этих пунктов автор уже давно безвозвратно проехал, много лет назад!
Именно по вышеозначенной причине не привожу ещё более объёмный список читаемого после сорока и до поныне. А вот с авторами, с ранней юнности оказавшими на меня наибольшее влияние, всю жизнь продолжаю незримое общение…
- МАРК ЛАЗАРЕВИЧ ГАЛЛАЙ
«Я думал: это давно забыто» – так озаглавлена книга М.Л.Галлая, изданная после его ухода от нас в Вечность.
Нет, Марк Лазаревич – это не забывается… ни люди, ни события!
В 1995 вышла моя первая книга «Аэроузел», и я нежданно прочёл в прессе отзыв Марка Галлая – чувство было… ну словно увидел в Библии комментарии своих трудов Всевышним! А просто собеседниками мы были всю жизнь и остаёмся ими – для меня он никуда не ушёл, и поныне мысленно общаемся, иногда я даже жалуюсь: «Вот видите, Марк Лазаревич – вы роптали на ранний уход с лётной работы, а мне по сей день доводится активно летать, уж 43-й год как… а нормы налёта у нас такие – что в ваше время и в кошмаре не привиделось бы!»
Знакомиться же с ним мне приходилось многократно – каждый раз в новом качестве, по-разному глядя и на Мир, и на себя.
В детстве к нам в дом часто заходили папины друзья, коллеги. Меня сильно тянуло к этим смелым, весёлым дядям… но детская память цепляла больше тех, с кем бывали эксцессы. Например, играем мы во дворе в космонавтов. Наш космический корабль – шалаш из веток, в экипаже я «Юрий Гагарин» с соседским Витьком «Герман Титов» и рыжей Галкой «Валентина Терешкова» из углового подъезда. Вечереет, мама кричит с балкона:
– Саша, домой! – иду, а там папа с улыбающимся дядей… тот жмёт мне руку:
– Как тебя зовут?…
Оставаясь в мире детских грёз, я серьёзно отвечаю:
– Юрий Гагарин! – а оторопевший дядя пытается возражать:
– Это же я – Юрий Гагарин… но, видя наворачивающиеся детские слёзы, спешит мириться:
– Ладно, давай мы будем два Юрия Гагарина! – и тискает мою ладошку.
Среди отцовских друзей был и дядя Марк, но с ним детских конфликтов не случалось – потому запомнился он мне иначе. Мой папа погиб в полёте в 1967 году, когда мне было шесть лет, я ещё не пошёл в 1-й класс. Потом, увлёкшись чтением, я нашёл дома на книжных полках много разных книг Галлая с авторскими подписями и тёплыми словами моим родителям. Теми книгами я с детства зачитывался – они очень сильно повлияли на мой жизненный путь!
Волнующей была наша встреча в Школе лётчиков-испытателей (ШЛИ) Минавиапрома СССР весной 1986 года. Тогда, уже поступив в ШЛИ с серьёзным офицерским опытом лётной службы в боевом истребительном авиаполку, я как тот мальчишка млел с восторгом в толпе – почему-то постеснялся даже задать вопрос… и в коллективное фото на ступеньках Школы робко примостился с самого краешка.
Обычно в авиапромовской ШЛИ одновременно проходило один-два потока (лётный и штурманский), но в тот исключительный период из-за больших потерь испытателей было подряд два набора в 1985 лётчиков и два набора штурманов. И вот мы, слушатели аж четырёх потоков, забили всё пространство школьной аудитории – и за партами, и в проходах, и чуть ли не на головах друг у друга. Наш любимый начальник Школы «дядя Федя», Герой Советского Союза, Заслуженный лётчик-испытатель СССР полковник Ф.И.Бурцев чинно представил: «Марк Галлай… Герой, Заслуженный, лауреат, автор…» перечисление званий и наград заняло минут пять. Возник напряг – надо б по военной привычке встать по стойке «Смирно!», но физически в битком набитом классе это было невозможно.
Первые же слова Марка Лазаревича мгновенно разрядили обстановку, но смутили нашего дядю Федю: «Спасибо, Фёдор Иваныч, за подробное перечисление всех моих заслуг – но ещё одну забыл… я недавно избран председателем нашего гаражного кооператива и, в отличие от всех остальных – это единственная из регалий, дающая мне сегодня хоть какую-то реальную власть!» Климат аудитории мгновенно изменился на тёплый, юморной – вот тогда в сокровенной беседе мы были потрясены галлаевскими рассказами, которых не прочтёшь ни в каких строках… даже его книг.
«Настоящий лётчик-испытатель должен свободно летать на всём, что только может летать, и с некоторым трудом на том, что, вообще говоря, летать не может» – с этими словами старейшего пилота ЦАГИ С.А.Корзинщикова началась в 1937 году профессиональная лётно-испытательная работа Марка.
В начале Великой Отечественной войны для противовоздушной обороны Москвы в Лётно-исследовательском институте из лётчиков-испытателей была сформирована отдельная истребительная эскадрилья, М.Л.Галлай стал в ней командиром звена МиГ-3. Ночью 22 июля 1941 года в первом в истории массированном воздушном налёте немецкой авиации на Москву Марк Галлай сбил бомбардировщик Do-217. Мы с волнением слушали из уст Марка Лазаревича: как долго ему пришлось строчить из пулемётов с малым поражающим эффектом по цели, выхваченной из ночной тьмы зенитными прожекторами, а тот всё летел… упавшим его нашли только наутро. А для Галлая тогда проблемой оказалось вернуться на свой аэродром – там для светомаскировки погасили вообще все огни! На последних каплях горючего ему удалось отыскать родную полосу по характерному изгибу Москвы-реки, петляя вдоль русла по лунным бликам на воде…
За войну Марку Галлаю довелось воевать трижды: помимо ПВО Москвы – в 1942 на Калининском фронте и в 1943 на дальних бомбардировщиках Пе-8. Был сбит, прыгал с парашютом и выбирался к своим через партизанские отряды Брянщины. Меж боевыми действиями активно вёл лётные испытания.
После войны, в 1950 году Галлай был т.с.«сбит» уже чисто «по-нашенски»: никогда не скрывавший своей национальности и писавший «еврей» в анкетной «графе 5», он был уволен из ЛИИ. Восстановился на лётной работе лишь через ново-образованную испытательную службу в другом министерстве – Радиопроме, начав исследования в воздухе радиолокационных прицелов.
Говоря про послевоенные лётные испытания, мне трудно остановиться – ведь это вся жизнь: и моя, и всей нашей семьи. Лучше об этом читать из книг самого Марка Лазаревича. Особо меня трогало то, что Марку Галлаю достались и абсолютно эпохальные испытания – например, реактивного первенца МиГ-9. Сам же я, став после ШЛИ «фирменным» микояновским испытателем, недоумевал: роль М.Л.Галлая в истории ОКБ «МиГ» отражена лишь поверхностно – ведь туда он был просто прикомандирован от ЛИИ, а сам про себя писал явно мало… тут уж душа протестует по поводу народного поверья «скромность украшает…»
Марк Галлай играл одну из ключевых ролей в подготовке Первого отряда космонавтов, полёта Юрия Гагарина. От их набора в марте 1960 до экзаменов в январе 1961 по готовности к запускам на орбиту прошло чуть более полугода. В той комиссии были генерал Н.П.Каманин, конструктор К.П.Феоктистов (сам будущий космонавт) и иные специалисты, включая инструктора-методиста Марка Галлая… он-то и ввёл полушутливо на их тренировках в тренажёрах легендарную команду «Поехали!» – которой затем Юрий Гагарин вдохновил весь Мир. Когда Галлая спрашивали – почему именно это слово?… он отвечал анекдотически: «Поехали – сказал попугай, когда кошка потащила его из клетки за хвост». Марк Лазаревич был близким соратником Сергея Павловича Королёва и искренне сопереживал его трагической судьбе.
Гениальный кинотворец Эльдар Рязанов в 1996 году снял документальный фильм «Единица порядочности один галлай»… именно так – «галлай» с маленькой буквы (вроде ампера или ньютона), как единица измерения величины «порядочность». В том фильме Марк Галлай изрёк слова, ставшие для меня самого пророческими: «В массе лётного состава встречаются выпивохи, бабники, порой широко орнаментируют свою речь российским фольклором… Но когда я попал в среду писательскую, увидел всё-таки насколько нравственно чище среда лётная!»
Мне тоже судьба уготовала в наше время возноситься и в круги политические, и творческие, и «модные бомонды»… но я всегда возвращался к небу, чтобы опять убеждаться – насколько чище среда лётная. Потому и поныне активно летаю (а иногда и пишу)…
Спасибо, Марк Лазаревич – наш полёт продолжается!
- АНАТОЛИЙ МАРКОВИЧ ЛУРЬЕ (МАРКУША)
Скоро нашему Толь-Маркычу 100 лет!
Книги Анатолия Марковича Маркуши… Он написал их совсем немало, аж сто пять (105!) Их много издавали, общий тираж за всю его жизнь – больше 15 000 000 (пятнадцати миллионов!)
Но о чём говорят эти цифры ?
В наше смутное время безумного смешения понятий, размывания ценностей, засилья многомиллионных тиражей-однодневок – такие цифры, наверное, не говорят вовсе ни о чём… Хотя, пожалуй, если бы можно было оценить по числовым критериям конечный результат творчества Анатолия Маркуши как количество профессиональных лётчиков, обретших крылья непосредственно благодаря его книгам – то эта величина сказала бы о многом. К сожалению, таковое значение никем не подсчитано… Но могу убеждённо утверждать: по количеству летунов, устремившихся в небо непосредственно благодаря творчеству Анатолия Маркуши – с Великим Лётчиком-Литератором за всю историю человеческого летания не сможет сравниться ни один авиационный главком!
Личность Анатолия Марковича Лурье «Маркуши»…
В его собственном изложении – проста, понятна, немного сумбурна, всегда по-мальчишески увлечённа. С точки зрения современных представлений – непостижима и противоречива, как и вся та, его эпоха!
Боевой лётчик-истребитель, поступивший после Великой Отечественной войны в Школу лётчиков-испытателей Минавиапрома СССР. Получивший квалификацию испытателя и… не получивший по «5-й графе» от «компетентных органов» разрешения работать по данной специальности. Уволенный без пенсии из армии и проработавший несколько лет в гараже автослесарем. «Случайно» написавший свои первые литературные труды как шутливые детские рассказы, подписав их в качестве псевдонима своей детской кличкой («Маркуша» – означало сын своего папы Марка) и потому издавший их впервые именно в детском издательстве ... Вдохновлявший нас-мальчишек последующих поколений книжкой «Вам – взлёт!» – на неизлечимую страсть к летанию, нас-курсантов лётного училища замусоленным до дыр от ночных казарменных чтений романом «Нет» на стремление к лётно-испытательной работе, на верность профессии – всегда до конца !
У профессиональных лётунов под запретом использование слова «последний». Этим словом они могут сознательно пользоваться только в тех случаях – когда речь идёт о том, что уже точно никогда не повторится... о том, откуда уже окончательно нет возврата!
И вот – его 106-я книга. Она состоит из двух его произведений :
1) «По дороге к небу»;
2) «Последний парад».
Эти рукописи я получил летом 2005 года в свои руки от него лично. Он сам тогда так и сказал мне : «Это – моя последняя книга!»
Воля Мастера – свята !
Его последнюю книгу я издал уже после того, как он покинул нас навсегда…
- ЮРИЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ ГАРНАЕВ
Мой отец Гарнаев Юрий Александрович – Герой Советского Союза, Заслуженный лётчик-испытатель СССР. Воевал в Великой Отечественной войне лётчиком-истребителем. После войны сидел зэком в ГУЛАГ'е. Став затем лётчиком-испытателем, выполнял самые наисложнейшие виды лётных испытаний и исследований – какие только бывали в истории. Погиб при выполнении государственного задания, не дожив до пятидесятилетнего возраста (хотя сам-было и писал априори об этом незадолго до гибели – как об уже случившемся событии)…
Мне История нарекла пойти его путём: иду по нему через всю жизнь, не сворачивая – летаю уже больше сорока лет поныне (пишу эти конкретные строки через два часа после приземления из трансконтинентального полёта капитаном дальнемагистрального лайнера). Формально за свою жизнь достиг всех тех же регалий что и отец, уже намного перелетал его по налёту, пережил по возрасту, произвёл на Свет Божий ещё больше детей… но это отнюдь не противопоставление, это – продолжение одной судьбы!
Часто навещаю батюшку на Новодевичьем кладбище, часто! Делаю это, как правило, один – в тиши продолжаю с ним разговаривать. Раньше ходил туда по праздникам и датам среди улюлюкающих толп… мерзко: мне не нужна толпа, чтобы воздавать искреннее уважение Славным предкам. Мне не нужны официальные даты / директивы, людские скопища, парады и демонстрации, пастухи-кукловоды с пёстрыми ленточками и пр., чтобы хранить Святую Память!
«А ты собственно помнишь ли самого отца?» – нередко спрашивают… Помню!
Помню и события, и зрительные образы, и звуки голосов, и интонации – и даже запахи…
Помню себя 4-летнего: как мы сидели вдвоём с папой дома, он уютно развалился на диване и катал меня на ножке. Вдруг раздался телефонный звонок: «У Гудкова встал двигатель! Он пошёл на вынужденную…» Отец быстро сорвался и поехал на аэродром. В то время был очень строгий режим, но каким-то чудом меня с ним пустили (меня-четырёхлетнего дома оставить было не с кем) – так я впервые попал на лётное поле нашего испытательного аэроузла в Жуковском.
Когда мы подъехали, дядя Олег Гудков был уже в объятиях товарищей, а его истребитель с открытым фонарём стоял на аэродромной рулёжечке-перемычке «Малый старт». Меня по-мальчишески усадили в кабину, она ещё несла тот характерный запах, который бывает в ней в течение получаса-часа после полёта: смешанный запах нагретого металла, чуть-чуть каких-то горюче-смазочных материалов – а рядом по полосе, оглушительно вереща, пробегали самолёты… Я сидел в той кабине, меня всё время глушил гром рядом пробегавших по ВПП самолётов, и сверху смотрел на отца, обнимавшего внизу на бетонке дядю Олега… Помню, как уже 13-летним юношей приехал на велосипеде в соседнее Раменское на ещё дымящееся место гибели Олега Васильевича Гудкова, в глаза врезалась оранжевая «колбаса» с чехлом его нераскрывшегося при катапультировании парашюта, валявшаяся на крыше разрушенного склада ткацкой фабрики…
Помню себя 5-летнего: как мы с мамой приехали на аэродром Люберцы встречать вертолётную группу после триумфального участия в авиасалоне Ле-Бурже 1965 года. Группа из четырёх разнотипных вертолётов Ми-6, -8 и -10 (включая встречавшего-сопровождавшего), махая огромными лопастями, вдруг с оглушительным грохотом прошла над встречающей толпой. Разошлись, последовательно зашли на полосу, сели, подрулили к нам на стоянку.
«Вон твой папа прилетел!» – сказал мне кто-то сзади… и мой детский взгляд вцепился неотрывно в контур Ми-шестого. «Категорически запрещено выходить за линию охраны до полной остановки винтов!» – наперебой орали громкоговорители. Но как только вертолёты встали и прекратился рёв двигателей, я рванул отчаянно навстречу папе сквозь оцепление… «Уберите ребёнка! Уберите ребёнка!!!» – неслись мне вослед окрики из репродукторов… Куда уж там меня было остановить?! Из чёрной глубины громадного вертолёта в открывшуюся переднюю дверь вынырнула коренастая папина фигура. Под продолжающими махать на выбеге лопастями отец меня подхватил, очень крепко прижал к себе и нырнул обратно внутрь вертолёта. В пропахшей пилотским потом кабине усталые дяди-лётчики меня тут же осчастливили игрушечным самолётиком!
Помню себя 6-летнего: как по весне мы во дворе родного дома в городе Жуковском построили шалаш – очередной «космический корабль» и играли в нём в космонавтов. Как-то вечером мама громко закричала с балкона: «Саша, иди немедленно домой!» Уже смеркалось, я нехотя поднялся на свой третий этаж и зашёл в нашу квартиру – там оказались гости: нарядная тётя вместе с высоким жгуче-красивым дядей и их дочка. Почему-то под нашим балконом тут же собрался весь двор, и когда я выглянул – то рыжая Галка из соседнего подъезда провизжала: «Саш, а кто к вам приехал?» Я подошёл и задал красивому дяде этот вопрос… он ослепительно заулыбался и ответил мне. Но пока я, грызя яблоко, шёл к балкону, то забыл. Пришлось возвращаться и переспрашивать. Родители вместе с гостями оглушительно расхохотались, папа еле-еле выдавил от смеха: «Иди скажи – космонавт Владимир Комаров!» Пока шёл к балкону, несколько раз повторил про себя, чтобы не забыть: «Космонавт Владимир Комаров!» – это же и прокричал детским фальцетиком всем под балконом собравшимся…
Та весна-1967 ещё не закончилась, когда вдруг увидел приехавшего с работы папу, еле-еле идущего, словно на ватных ногах, из гаража через наш двор… Как обычно побежал к нему навстречу приласкаться-заиграть, но отец отрешённо меня отстранил. Войдя домой, он не пошёл на кухню есть, а сразу закрылся в маленькой комнате. Из-за двери весь вечер неслись его громкие рыдания. Так страшно мне раньше не было никогда – даже когда папа лежал в этой же комнате на диване с большой шапкой белых бинтов на голове, из-под которых проступала кровь, сбежав из госпиталя после катастрофы Ка-22 (16 июля 1964 года).
Через несколько дней после гибели Владимира Комарова (24 апреля 1967 года), экипаж Юрия Гарнаева на Ми-6 улетел в свою последнюю командировку – из которой они не вернулись. Когда отец 6 августа 1967 года погиб, от меня это скрывали… но я хорошо запомнил тот людской ажиотаж, который творился вокруг. Люди шли во Дворец культуры с ним прощаться, а я не понимал – что вокруг происходит? Понял я это позже…
Тогда, в августе 1967 года состоялось самое первое в моей жизни опубликованное интервью. Корреспондент газеты «Пионерская правда» мне задала вопрос:
– Сашенька, а кем ты хочешь быть, когда вырастешь?
– Лётчиком-испытателем и Героем… как папа! – был твёрдый и конкретный ответ шестилетнего (6!) мужчины.
… а когда уже я всё понял, то стала наваливаться тяжесть и было то же самое – что, в принципе, бывает и по сей день: если мне тяжело, то я остаюсь один на один с мыслями об отце, в каком-то диалоговом режиме с ним. Соизмеряю все свои трудности с его невзгодами – которые были намного больше… и это мне помогает!
Отец, мне матушка после твоего ухода много раз рассказывала: как ты был беспамятно экранно влюблён в великую актрису Элину Авраамовну Быстрицкую и как ты, став в 1964 году Героем Советского Союза, – при всей своей сумасшедшей занятости – в короткие промежутки между командировками и испытаниями отчаянно мотался на все торжества и великосветские тусовки, стремясь где-то среди «столичной богемы» застать её и выразить ей очно все свои чувства (Золотая Звезда Героя во времена СССР была пропуском везде – в отличие от современной РФ, где её лучше вообще не одевать)… Но как же мало тогда судьба отпустила тебе до гибели звёздных лет… меньше трёх!
5 мая 1998 года нас, троих Героев России (вместе с Игорем Вотинцевым и Володей Логиновским) на вручение Золотых Звёзд в Екатерининском зале Кремля усадили в первый ряд, а четвёртой (сидящей прямо рядом со мной) оказалась Элина Авраамовна Быстрицкая (её тогда награждали орденом «За заслуги перед Отечеством» II степени). Там, в ожидании выхода Президента России, я за тебя поведал ей очно все твои признания – а сразу из Кремля сам поехал на Новодевичье прям к тебе всё доложить! Тогда её это тронуло до слёз… А в 2019 году там же на Новодевичьем кладбище навечно обрела покой эта прекрасная женщина. Отец, теперь ты сам «по-соседски» наконец-таки сможешь ей там выразить свои чувства, а мы оба лишь всегда будем восхищаться её неподражаемой, неповторимой красотой…
Батюшка, когда мне задают вопросы про количество освоенных мной летательных аппаратов, налёт и пр. – в ответ лишь смеюсь: помню как праздновал первые 100 прыжков, первые 10 типов, первые 10 сбитых и первые 10 тысяч лётных часов… потом все цЫфири продолжали расти – но отмечать уже не было ни сил, ни желания! Ведь на самом деле точно подсчитать количество типов у экспериментального лётчика-испытателя не представляется возможным: когда у нас шли в испытания опытные серии, то каждый последующий аппарат мог отличался от предыдущего принципиально – и двигателями, и управлением, и кабиной, и аэродинамической конфигурацией… таковых «изделий» на моём лётном опыте бывали дюжины, а серийного воплощения / названия они зачастую так и не получали вообще никакого! Потому-то даже сдавая экзамены на американскую лётную лицензию FAA FTPL, в своей международной лётной книжке по JAR-FAA Requiriments – я попросту сводил в одну графу… скажем: в строке «МиГ-31» на самом деле вмещён налёт с дюжины серийных и опытных самолётов, а в «МиГ-29» на более, чем двух десятках типов и модификаций. Летающие лаборатории вообще непонятно как считать: в нашем родном ЛИИ по одной только теме перепрограммируемых адаптивных цифровых ЭДСУ были переоборудованы и летали 2 летающие лаборатории: одна на базе Су-27, а другая Ту-154. Никогда не подсчитывал отдельными типами бессчётно облётывавшиеся С.Л.А… а, небось, если так всё порознь мне скалькулировать – сотни за полторы выйдет?! Да ладно, какая разница…
Из сокровенного: меня часто вопрошают – а какой твой самый любимый тип летательного аппарата (всего из около сотни освоенных и испытанных)? Каждый раз абсолютно откровенно, с полной убеждённостью отвечаю: любой самолёт, на котором ты собираешься лететь – обязан в этот момент стать твоим Самым Любимым! Это – как с женщиной, с которой ты сейчас вместе: если её (и/или твой летательный аппарат) ты не полюбишь в такие моменты совершенно искренне, то и ваши отношения сложатся фальшиво! Что (в обоих случаях) весьма чревато…
Домашние зарисовки уставшего пилота:
11 августа 2016 … вчерась едва дополз «на четырёх костях» после дли-инного рейса до семейного очага и отрубился намертво в супружеском ложе! С утра жена Таня крутится-вертится, улыбается и напрашивается на комплимент: «Тебе нравится?… ты ничего не замечаешь ли?» Едва продрав зенки, навёл фокус – ну а что же я должен заметить-то?… выдавил дежурный комплимент: «Хорошая причёска!» (можно подумать, что я запоминал – какая была до того… Супруга обиделась, но ненадолго – желание похвалиться перебороло, и она мне с радостью-гордостью продемонстрировала в ушах серёжки… «Ну да – красивые!» (серёжки как серёжки… можно подумать, что я обращал внимание: какие были раньше?!) Оказалось (с изумлением впервые узнал): до вчерашнего дня у моей супруги вообще не были проколоты уши, и она серёжки одела впервые в жизни! (Для справки: у нас уже трое детей)… вот такова судьба пилота!
Жизнь бурна! За свои более, чем пол-века осознанного существования, собственными глазами перевидел (начиная со времён Хрущева) немеряно масс-сумасшествий: когда миллионам сограждан гос.пропагондоны навешивали бред про те или иные «бессмертные идеологии», «внешние угрозы», «врагов народа» (типа моего отца – зэка), «интернациональные долги», «единонациональный мир», «атеистический материализм» с чиновными преследованиями верующих (в том числе – моих родителей), затем наоборот повальную масс-христианизацию во главе с чиновничьей же религиозной компанейщиной и мн.,мн.др... И что самое поганое – миллионы наших сограждан каждый раз под крики «У-УРРА-А-А!…» мчались с улюлюканьем толпами умирать за «великие идеалы» и/или по дьявольским призывам тысячами-миллионами без оглядки валили убивать несогласных! Потом наступали разоблачения, разочарования, раскаяния, осознание горечи и бессмысленности потерь и-и-и… начиналось всё по-новой! И теперь, и здесь, и сейчас…
Поневоле (если ты вконец не оскотинился и не об'идиотился) – задаёшься вечно-банальным вопросом о Смысле Жизни в этом бушующем море мракобесия ... в чём же он?
Одна-единственная безусловная ценность, никогда не могущая быть оспорена и обесценена – наши потомки (если только не поленился их взрастить достойно)… Отец, от одного меня – у тебя аж 6-кратная радость, гордость и счастье за шестерых внуков! А от всех нас – Гарнаевых… уже за три десятка твоих внуков и правнуков перевалило!!!
Отец, прости – а с точки зрения уже своего собственного, не столь уж и малого Жизненного и Профессионального опыта (а вовсе не из чужих баек)… можно ли изреку парочку назиданий тем, кто идёт за нами следом… разрешаешь? Итак:
Молодые люди, знайте – никому и никогда, ни при каких обстоятельствах не нужно завидовать! Зависть – самое сжигающее любого Человека чувство. Каждому нужно ясно осознать и запомнить навсегда:
Самый большой твой вызов, твой риск, твой соперник – это именно твоё, а не чьё-то иное жизненное время… Самый коварный твой враг (которого можно и нужно побеждать, но которому очень легко проиграть) – это отнюдь не кто-то, а ты сам!
Что такое жизнь?
Жизнь – это отнюдь не милостыня, не божье подаяние. Жизнь – это вовсе ни счастье и ни мучение… Жизнь – это ОБЯЗАННОСТЬ! Каждый обязан прожить её ровно настолько, насколько он нужен в этом мире – а потом свою судьбу отдать кому-то в продолжение. Или не отдать. Но априори никому при жизни не дано право на слабость. Расставание с жизнью естественно, только если оно вне воли самого себя… а иное – грешно или противоестественно. Наилучшая память об ушедших – совсем не слёзные, драматичные поминания… а продолжение их судеб и их Дела – остающимися реально жить.
- АНТУАН ДЕ СЕНТ-ЭКЗЮПЕРИ
(С): «Величие всякого ремесла, быть может, прежде всего в том, что оно объединяет людей. Есть только одна подлинная ценность – это связь человека с человеком.
Работая лишь только для накопления материальных благ, мы сами строим себе тюрьму. Одинокие, мы запираемся с нашим призрачным сокровищем, ради которого не стоит жить.»
«Главное?
Вероятно, главное – это не только великая радость нашего ремесла и не только связанные с нашим ремеслом невзгоды. Главное – тот взгляд на жизнь, до которого возвышают эти радости и невзгоды!
» … 1933 – н.вр.
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • 4 апреля 1984 года… катастрофа МиГ-31 Федотов-Зайцев

    📖 страницы из книги 📚 Настала очередь писать об Александре Васильевиче Федотове. Писать трудно… В поминальных речах существует обычный стереотип:…

  • Домбай - 2021

    Папин-дедушкин горнолыжный выводок: ГАРНАЕВЫ дочка Маша, сын Ярослав, внучка Ксюня (дочка сына Юры), дочка Соня, сын Серёжа !!! На склоне…

  • Юбилей АВВАКУЛ - 80

    23 февраля 1941 года, в день 23-й годовщины Красной Армии в торжественной обстановке были приведены к принятию военной присяги красноармейцы, младшие…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment